Грабарь - на главную
  

Игорь Эммануилович Грабарь

1871 - 1960






» Биография Грабаря         
» Хроника жизни      
» Галерея живописи    
» Путешествия  
» Директор Третьяковки   
» Образы природы   
» Мастер натюрморта  
» Закат жизни   
  

Картины:


Дельфиниумы, 1944



Портрет Валентины
Михайловны Грабарь,
жены художника, 1931



Лучезарное утро, 1922

  
 Автомонография:

 Вступление
 Раннее детство
 В Егорьевской гимназии
 В Катковском лицее
 Университетские годы
 В Академии художств
 Мюнхенские годы
 "Мир искусства"
 Грабарь в Москве
 Музейная деятельность
 Возвращение к живописи   

   

Автомонография Игоря Грабаря

Тогда еще не применяли рентгеновских лучей к обследованию картин, и пришлось прибегнуть к иному способу. Я просил реставратора попробовать как можно осторожнее смыть слой краски между двумя первыми буквами подписи, не задевая самую подпись. Под смытым слоем, легко сходившим при слабом растворе реставрационного состава, показались следы какой-то другой буквы. Когда все промежутки между буквами были промыты, стало очевидным, что под новой подписью есть старая. Тогда мы приступили к удалению всей верхней подписи, сходившей столь же легко, как и промежуточный фон, и мы получили следующую подпись, не поддававшуюся действию сильнейших растворов, следовательно, изначальную: IFirsove.
После первых минут ликования настали часы и дни мучений, почти отчаяния. Что за странное имя? Что это за язык? Ни по-итальянски, ни по-французски, ни по-английски Firsove не означает ничего: ни такого слова, ни такого производного от аналогичного корня не существует. Сделав попытку перекинуться в Скандинавские страны, я и там потерпел фиаско: и там подобного сочетания букв не оказалось.
Я ночи не спал, раздумывая о неожиданно постигшей меня неудаче, комбинируя на все лады слово, прибавляя к нему всевозможные окончания, но из этого ничего не выходило. Однажды ночью я вскочил, как ужаленный, - меня внезапно осенила мысль: Фирсов, просто русский Фирсов, наверно, какой-нибудь Иван Фирсов, русский художник, работавший в Париже! Окончание в фамилии Firsove не только не останавливало меня, а, напротив того, еще больше подкрепляло в моей догадке: в середине XVIII века русские, под влиянием французской транскрипции русского произношения, писали фамилии на ОВ с приставкой е muet. Так, архитекторы Баженов и Старое всегда писали свои фамилии по-французски Bajenove, Starove. Отсюда и Firsove.

Когда я на другое утро пришел в Галерею и сообщил о своем неожиданном открытии, Черногубов хлопнул себя по лбу: "Как же это сразу в голову не пришло?" А могло еще долго не прийти, ибо кому я ни рассказывал об этом ранее, никто не мог разгадать странной загадки.
Списавшись с Дени Рошем, работавшим по истории русских пенсионеров Академии художеств в Париже, я получил от него вскоре письмо, в котором он сообщил мне, что некий Иван Фирсов, пенсионер Петербургской Академии, действительно жил и работал в Париже в середине 1750-x годов, был в почете и даже состоял старшиной русской колонии. В Русский музей поступили как раз около этого времени из Эрмитажа бывшие некогда в растреллиевском дворце Бирона в Митаве два декоративных панно, из которых одно, "Цветы и фрукты", имело подпись: И.Фирсов. Хотя живопись панно и не похожа на живопись "Юного живописца", но это в достаточной степени объясняется различием установок в интимной жанровой картине и декоративном панно. Возможно, конечно, что был еще один Фирсов, которому и принадлежит панно. Название "Юный живописец" я дал картине потому, что оно точнее выражает тему.
Одна за другой картины стали получать новых авторов и новые названия. Следующей за фирсовской была мною намечена загадочная картина, автор которой считался неизвестным и которая носила название "Ученик Академии А.Г.Варнек, рисующий с натуры в деревне". Картина была явно не русского происхождения. Детальное обследование нижней части картины обнаружило в одном месте позднюю запись, по удалении которой выступила подпись автора:
"М. F. Quadal Pin. 1796".
Третьяков покупал только русские картины, поэтому антиквар, предложивший ему для приобретения этот большой холст, предупредительно замазал подпись, выдававшую ее иностранное происхождение, и, кстати, сочинил, что, "по семейному преданию" владельцев, изображенный на картине мальчик не кто иной, как русский портретист Варнек в юности.
После того как выяснилось, что автор картины моравский художник Мартин Фердинанд Квадаль, работавший в России в конце XVIII века до смерти, в 1808 году, удалось найти и название картины в каталоге его выставки, бывшей в Москве в 1804 году: "Юный Вертер, рисующий на дворе детей, коих он там находит".
Знаменитый портрет в рост Екатерины II, с полной подписью: "Писал Боровиковский", оказался произведением Рокотова, а подпись Боровиковского Поддельной. Портрет Державина работы Левицкого оказался не Державиным и не Левицким; портрет сенатора с подписью Д.Левицкий - не работой Левицкого, а подпись - поддельной и т.д. Можно было бы написать на тему о новых атрибуциях и об уточнении сюжетов картин Третьяковской галереи за 1913-1917 годы обширную монографию. Ее я и думал издать в качестве официального сборника Галереи, но типографские затруднения первых лет революции этому помешали.
Данные инвентаризации доставляли новый материал для издания каталога реформированной Галереи. В маршрут Галереи не удалось внести всей четкости и ясности, так как этому мешали рогатки "незабвенности"; эти же рогатки лишили должной стройности и каталог, в котором художников одной и той же эпохи пришлось поневоле размещать, отнеся их к разным залам.
В середине 1917 года мне удалось усилить штат хранителей еще на одну единицу и этим ускорить работу над каталогом. Каталог картин и этюдов А.А.Иванова был проработан Н.Г.Машковцевым. Общее предисловие написано мною. Много усилий пришлось потратить на фотографирование подписей, данных в каталоге в факсимиле, и на подбор иллюстраций, которых не удалось набрать всецело из графического материала Галереи, в то время достаточно скудного.

Инвентаризация была проведена на основе особо выработанных инвентарных карточек, и я вошел в думу с ходатайством об ассигновании средств на составление специальных шнуровых инвентарных книг, в которые должны были быть переписаны карточки и рядом с описанием каждой картины наклеена фотография с ее общего вида и деталей. Осуществить этого, однако, не удалось до настоящего времени.
Из новых приобретений, которыми удалось пополнить Галерею, хотелось бы отметить хотя бы только наиболее значительные. К таким относится покупка портрета А.С.Пушкина работы Кипренского. Портрет Пушкина, писанный в 1827 году Тропининым, находился уже в Галерее, приобретенный Остроуховым в 1909 году. Знаменитый портрет Кипренского того же года находился у сына поэта, почетного опекуна, генерала А.А.Пушкина, не хотевшего при жизни расставаться с ним. Только в 19*4 году, после смерти Александра Александровича, портрет удалось купить у его сына. Это дело устроил Черногубов, вовремя сигнализировавший опасность потерять его для Москвы: великий князь Георгий Михайлович, президент Русского музея, не пожалел бы никаких денег для приобретения его в музей.
Большим делом было приобретение "Разборчивой невесты" Федотова, пополнявшей скудное тогда еще собрание картин этого мастера, столь блестяще представленного в Румянцевском музее. стр.1 - стр.2 - стр.3 - стр.4 - стр.5 - стр.6 - стр.7 - стр.8 - стр.9 - стр.10 - стр.11 - стр.12 - стр.13 - стр.14 - стр.15 - стр.16

Продолжение...



  Русский и советский художник Игорь Грабарь - картины, биография, статьи
 igor-grabar.ru, по всем вопросам - webmaster{a}igor-grabar.ru